Понедельник . 01 Март . 2021
Рассказывая о проблемах наркомании, мы чаще всего обращаемся к людям, которым удалось преодолеть себя и вырваться из страшного наркотического дурмана. Мы сочувствуем им и восхищаемся их силой воли, ужасаемся рассказанным историям и лишь вскользь замечаем в этих историях людей, которым довелось пережить весь этот кошмар вместе с бывшими наркоманами. Которые знают, что бывших наркоманов не бывает, но все же надеются. Надежда — преуспевающая деловая женщина: у нее свой бизнес, хороший доход, дом — полная чаша. Но много лет за стенами ее шикарной квартиры разыгрывалась настоящая трагедия: сын Надежды — Игорь — наркоман с десятилетним стажем. Его зависимость сделала жизнь родных невыносимой — из дома ушел отец, брат и сестра отвернулись и от него, и от матери. В последние годы только она верила, что Игоря еще удастся спасти. Какое-то время, в самом начале, она скрывала свою беду от всех, но потом поняла, что таиться и переживать все в себе — невыносимо. А так, с одним поговоришь, с другим поделишься переживаниями — и вроде легче становится. Надежда до сих пор мучается размышлениями, что она сделала не так, в чем ошиблась, воспитывая сына. Такие терзания обычны для близких наркоманов — в зависимости родного человека они склонны винить себя: проглядели, уделяли мало внимания, давали мало (или много) денег. Но, по мнению психологов, подобные размышления ведут лишь к саморазрушению, и первое, что должны сделать родственники взрослого наркомана, — понять, что они ни в чем не виноваты, что их непутевый сын (брат, муж) сам отвечает за себя и свою жизнь. В детстве и юности Игорь был просто «золотым» мальчиком — отличник, активист, спортсмен. Его школьные годы пришлись на перестроечное время. Тогда он еще не был избалован деньгами, порой в семье и хлеба купить было не на что. Со временем Надежда занялась бизнесом, который стал приносить хороший доход. Игорь к тому времени окончил институт, получил юридическое образование. Мечта у него была одна — жить и работать в Москве. Родители не сомневались, что их сын станет там одним из самых востребованных юристов, и, чтобы на его пути было меньше препятствий, купили ему квартиру в столице. На первых порах казалось, что мечты Игоря сбываются: он нашел престижную работу, стал получать неплохую зарплату, познакомился с красивой женщиной. Но почему-то мать сразу заподозрила, что чувства красотки не бескорыстны. Так и оказалось. Мать с сыном общались по телефону, и вдруг она стала замечать, что у Игоря странный голос — будто сонный все время. Но сын говорил, что много работает, очень устает, и Надежда верила. Тревогу забила лишь тогда, когда он попросил мать, чтобы она переписала московскую квартиру на свое имя — на всякий случай. Надежда поехала в Москву, выяснять, что происходит. Увидела сына и не узнала, будто чужой человек: вечно сонный, плохо соображает, еще хуже выглядит. Оказалось, что невеста Игоря привыкла к такому уровню жизни, который начинающий юрист ей обеспечить не мог. А красотка требовала ресторанов, загранпоездок и подарков. Сначала Игорь много работал, потом стал брать кредиты, но и этого было мало. Начались скандалы, сожительница настаивала на том, что должна прописаться в квартире. Молодой человек стал употреблять антидепрессанты. Лекарство приносило чувство покоя и отрешенности, но постепенно дозу приходилось увеличивать. В итоге он потерял постоянную работу, денег стало еще меньше, проблем больше, и уйти от них хотелось все сильнее. Надежда, понаблюдав за сыном, поняла, что его надо спасать. Квартиру в Москве пришлось продать, чтобы расплатиться с кредитами, а его самого мать привезла в Майкоп. С ним на родину «переехала» и его зависимость от антидепрессантов, а потом, как выяснилось, и от наркотиков. Надежда признается, что тогда была в полной растерянности, ничего не знала о наркозависимых, думала, что эти люди вообще живут в каком-то другом мире, который с ее благополучным миром никогда не соприкоснется. А теперь сын-наркоман жил в ее доме. Иногда, в периоды просветления, он просил прощения, клялся, но потом снова принимал какую-то дрянь и становился чужим, агрессивным, порой невменяемым. Первое, что сделала Надежда, — повезла сына в паломничество по святым местам. Но чуда не произошло. Потом были наркологи, психологи, реабилитационные центры, но Игорь продолжал катиться по наклонной. Принимал любое зелье, которое мог найти, докатился до курения спайсов, которые тогда только-только появились. Бывало, накурившись, он не доходил до квартиры, валялся на лестнице весь синий, и Надежда, застав его в таком состоянии, не знала: встанет он или уже нет. Отец настаивал на том, чтобы не вмешиваться в жизнь уже взрослого сына: загнется — знать, судьба такая. Мать же пыталась вытаскивать его из притонов, защищать, спасать. А в ответ получала лишь истерики и претензии. Она смертельно устала и была доведена до отчаяния. Женщина не скрывает, что иногда завидовала знакомой, сына которой посадили за наркотики, и семья отдыхает, живет спокойно. В середине этого года отчаявшаяся мать узнала еще об одном реабилитационном центре, где избавляют от наркозависимости. Находится он далеко за пределами Адыгеи. Лечение в нем стоит недешево. Но в учреждениях подобного рода поблизости Игорю помочь не смогли. Главный их минус, считает женщина, относительная свобода, которой пользуются наркоманы: захотел — пришел лечиться, надоело — ушел. Больше месяца ее сын нигде не задерживался и возвращался домой. А через короткое время все начиналось сначала. В том реабилитационном центре, который на этот раз выбрала для сына Надежда, дела обстоят иначе — пациент подписывает договор, по которому обязуется оставаться в центре до тех пор, пока руководство учреждения не сочтет, что у него началась стойкая ремиссия. Но Игорь тогда об этом не знал… Он лечится уже не первый месяц. По-прежнему находится взаперти, но шлет матери фотографии, на которых выглядит нормальным. Она не строит иллюзий, понимает, что бывших наркоманов не бывает, и Игорю, и тем, кто останется с ним рядом, придется всю жизнь соблюдать определенные правила. Забыть тоже не получится: за годы употребления наркотиков он приобрел несколько заболеваний, в том числе туберкулез. Совсем еще молодому мужчине грозит инвалидность. Надежда откровенно говорит, что возможность еще раз попытаться вылечить сына у нее появилась благодаря деньгам: пребывание в реабилитационном центре обходится в несколько десятков тысяч рублей в месяц — практически вся ее прибыль от бизнеса. Но она готова на все ради будущего Игоря. И надеется, что все-таки это будет светлое будущее — без наркотиков.

Комментарии

Для того, чтобы оставить комментарий, необходимо авторизоваться.

Ваша любимая зона отдыха в Майкопе?




Видеоновости