Понедельник . 24 Февраль . 2020
В числе тех, кому довелось испытать на себе ужасы нацистского концлагеря Освенцим, был и майкопчанин Григорий Максимович Вивчарь. В один из самых страшных лагерей смерти Григорий попал в 1943 году, когда уже большая часть Кубани была освобождена от оккупантов. Но на его родной Тамани нацисты оказывали сопротивление до октября 1943 года.— Жил я тогда в Темрюке. Мне было 13 лет, когда нас, пятерых подростков, арестовали фашисты как партизан и должны были расстрелять, но отправили в Германию, — рассказывает Григорий Максимович. — Мы и понятия не имели, куда нас везут. Все освещено, собаки, автоматчики. Остригли и — в карантин. Привезли нас, как оказалось, в Освенцим. Такие дети, как я, из многих краев Советского Союза, стран Европы жили в бараках, спали на двухъярусных нарах. Все мы были одеты в полосатую робу узников. Каждый день выводили на работу, мы таскали камни, кирпичи, копали ямы. Подъем был в 6 утра, работали по 12 часов, в 10–11 вечера — отбой. Утром — чай, днем – баланда, вечером — чай и буханка хлеба на четверых. Каждое утро в нашем бараке не просыпались человек по пять или семь. Но не это самое страшное. Самое страшное — это «селекция». Ее проводили раза два в месяц. На улице раздевали по пояс, осматривали. Не прошел «селекцию» — в крематорий! Еще трупы жгли открытым способом, в глубоких ямах. Правило было такое — идет кто-нибудь из немцев, надо было снимать полосатую «тюбетейку» и опускать голову. Самое угнетающее впечатление от конц­лагеря — это казни. Нас, мальчишек, выводили на расстрел 30 раз. Построят в шеренгу согласно названным номерам, а потом выборочно называют номер узника, который должен выйти из шеренги, и тут же на наших глазах убивали. Мы понимали, что это метод устрашения. Но мне повезло, и я не попал в расстрельные списки. Но мы, выжившие, хоронили убитых или складывали в штабеля для сожжения их тел. 27 января 1945 года Григорий Максимович Вивчарь считает своим вторым днем рождения. Помнит, что в Освенциме в этот день все кричали «ура!». — Перед самым приходом советских войск немецкий солдат по имени Ганс помог нам бежать из концлагеря, и мы спрятались в польской деревне, располагавшейся недалеко от лагеря. Нас приютила польская женщина, прятала от немцев в сарае и подкармливала, — вспоминает он. После освобождения из лагеря он вернулся на родину, выучился на столяра и устроился на работу. В Ейске продолжил учебу и получил специальность ветеринара, потом выучился еще и на шофера и работал водителем «скорой помощи». В 1970 году приехал в Майкоп и устроился водителем автобуса в автоколонну №1315. Затем его пригласили на преподавательскую работу мастером, на курсы по обучению водителей. Долгие годы был внештатным корреспондентом газеты «Советская Адыгея». Написал книги «Казачество и адыги», «Дружба, проверенная временем. Навеки вместе», «Только вместе, только в дружбе», «Дружба народов великой России». Но память о своем страшном лагерном детстве Григорий Максимович хранит по сей день. — Такое нельзя забывать. Нужно рассказывать о преступлениях нацистов нынешней молодежи, чтобы они никогда больше не повторились, — говорит он.

Комментарии

Для того, чтобы оставить комментарий, необходимо авторизоваться.

Видеоновости