Вторник . 22 Сентябрь . 2020

Григорий Белокуров, заведующий овцефермой колхоза «Заря» Майкопского района, уже ранним утром 24 июня 1941 года отправился на полуторке в райвоенкомат в станицу Тульскую. Вместе с ним поехали жившие здесь же его брат Петр, мужья двух его сестер Андрей Скороходов и Александр Крюкин и еще несколько мужчин. Представитель военкомата сказал тогда плачущим женам и сестрам слова, которые они запомнили на всю жизнь: «Возможно, они сюда уже больше не вернутся». Он, конечно имел в виду, что они прямо из военкомата получат назначение в действующую армию. Но многие из тех, кто после так и не дождался своих мужей и братьев с полей сражений, справедливо считали, что он уже тогда предвидел их будущее и сказал поистине пророческие слова.
Григорию Белокурову, как и многим другим, пришлось служить вместе со своими земляками в пехоте. За годы боев он пережил вместе с ними тяготы отступления от западных границ Советского Союза. Сражался с ненавистными фашистами, терял и со слезами на глазах хоронил своих боевых товарищей. А позже, когда в войне наступил долгожданный перелом, с радостью и воодушевлением изгонял врага с родной земли. В последние годы воевал на Малой земле под Новороссийском и брал город Крымск. Все это время счастливая судьба хранила его от пуль и снарядов. Из всех пассажиров той полуторки он один вернулся в свою семью. Его путь домой был не очень длинным, но неимоверно трудным и особенным...
В холодном феврале 1944 года его жене Екатерине Белокуровой, жившей неподалеку от станицы Курджипской, пришло письмо из Краснодарского военного госпиталя. В нем сообщалось, что израненный и больной тифом красноармеец Григорий Белокуров находится в очень тяжелом состоянии. И если родные срочно не заберут его из госпиталя, то за его жизнь никто не сможет поручиться.
— Надо было видеть, как сразу всполошились и засобирались моя мать и сестры раненого отца, — рассказывает его сын, ныне ветеран труда Виктор Белокуров. — Время было военное, голодное и холодное. В колхозе не то, что техники, даже лошадей было не найти. В Краснодаре никакого транспорта тогда еще не было. И потому решили срочно отправиться в краевой центр пешком и забирать отца домой. Договорились идти втроем: старшая сестра отца Наталья Скороходова, младшая Вера Крюкина и моя мама Екатерина. Сосед сделал им настил из досок на детские санки и с этим «транспортом» они рано утром пешком отправились в неблизкий путь через Майкоп, село Николаевское и станицу Усть-Лабинскую.
Они шли быстро, не разбирая дороги и не жалея себя. Шли, как будто летели на крыльях, и уже через двое суток были в Краснодарском военном госпитале. В госпитале их приняли, оформили все документы и тем самым передали Григория в руки родных и близких. Бережно уложили его на санки, укрыли, чем могли, и отправились в обратный путь.
За день они смогли преодолеть расстояние от Краснодара до Воронежской и хотели там заночевать. Но пройдя через всю станицу, вытянутую вдоль правого берега Кубани, так и не нашли тех, кто пустил бы их на ночь в дом. Решили продолжить путь до станицы Усть-Лабинской и там попытать счастья. Однако, пройдя от первого дома до последнего у моста, так не нашли ни одной доброй души, которая пустила бы их на ночлег. И безлунной холодной зимней ночью им пришлось идти дальше.
Первым населенным пунктом, до которого женщины добрались в Адыгее, стал аул Хатукай. Немного отойдя от моста, они присмотрели добротный дом с большим двором. Войдя в него, в который раз за эту ночь постучали в дверь. Она открылась, и из нее вышел крупный мужчина, назвавший себя Аскером. Упав перед ним на колени, жена раненого все ему рассказала. Он попросил их некоторое время подождать. Затем вернулся и пригласил их в дом. Они вошли в большую прихожую, устланную соломой. В ней лежал теленок 2—3 дней. Хозяин унес его в свою комнату, освободив это помещение для озябших путников, а хозяйка дома принесла горячей воды и молока. Женщины обмыли раненого, и он, к их радости, пришел в себя, а затем даже попил молока.
Утром путешественники от души поблагодарили хозяев и снова тронулись в путь. И чем ближе они приближались к родному дому, тем легче им казался путь, тем радостнее у них было на душе. Они не чувствовали усталости и начали обретать веру в то, что для их семьи скоро начнется новая жизнь. К вечеру они, наконец, добрались до Майкопа, где жил двоюродный брат возвращавшегося солдата Петр Белокуров. Их встреча была короткой и скупой на слова. Но на глазах у всех были слезы радости и пережитых утрат.
На следующий день Григорий, единственный из ушедших с овцефермы на войну, вернулся домой почти через 3 года войны.
— Уже через несколько дней отец избавился от тифа, — вспоминает Виктор Белокуров. — Потом потихонечку начал ходить с помощью костылей. А затем смог вернуться на работу и продолжал управлять колхозной овцефермой. Позже его повысили — перевели заведующим на молочнотоварную ферму. Наступили и другие перемены. Со временем купили хату в станице Курджипской, куда переехала вся семья. Она умножилась — родился младший сын солдата Петр.
После возвращения из госпиталя Григорий Белокуров прожил еще 47 наполненных свершениями лет. Дал высшее образование двум своим сыновьям. Виктор долгое время возглавлял районное и областное объединения «Сельхозхимия», а Петр руководил плодосовхозом в родной станице Курджипской. Во всех их делах есть и доля труда и тревог этого славного защитника нашего Отечества.
В Адыгее воздвигнуто сотни памятников погибшим в той Великой войне. Вечная память героям, которые теперь стали символами славы и доблести для нашей молодежи. Но, к сожалению, нет увековеченного в камне и бронзе подвига женщин-тружениц тыла в военные годы. И воздать должное миллионам Екатерин Белокуровых, Наталий Скороходовых и Вер Крюкиных и многим, многим другим. Так не забудем же о них в светлый день нашей Великой Победы.
Максим Иноземцев.

Комментарии

Для того, чтобы оставить комментарий, необходимо авторизоваться.

Видеоновости