Судьба этой книги едва ли не уникальна. Написана она в тот страшный год, когда в очередной раз «вздернутая на дыбы» Россия как бы застыла в смертельном ужасе перед роковым прыжком из «огня» войны империалистической в страшное «полымя» войны гражданской. Ее создатель, избирая нехарактерный для него жанр «писем», надо полагать, вполне сознавал, что выступает одновременно и в хорошо известном на Руси жанре «отреченных книг». Тех, что не приняты стоящими у власти людьми. Но вряд ли он предполагал, что через два десятка лет книгу постигнет главное — авторское отречение.
В этом автор был не одинок. Не перечисляя многих, вспомним хотя бы Николая Гоголя и Льва Толстого, отрекшихся  спустя годы от всего творчества, а не то, что от одной, написанной на коротком отрезке времени книги. Почему же ей  пришлось быть дважды отреченной? Вот как объясняет сам автор: «В самом начале 18-го года я написал книгу «Философия неравенства», которую не люблю, считаю во многом несправедливой и которая не выражает по-настоящему моей мысли».
Тем не менее книга остается уникальным примером размышлений в «шуме и ярости» сбывающегося, как тогда казалось, пророчества об Апокалипсисе. И хотя позже под влиянием успехов страны автор сменил свое мнение о Советской России и социальных недругах, книга Николая Бердяева остается неотъемлемой частью его философских размышлений.
«Философия неравенства» представляет собой кладезь интересных мыслей и обобщений. Яркий стиль, образные сравнения делают ее чтение  настоящим пиршеством мудрых мыслей. В начале письма девятого «О социализме» он пишет, что истоки социального вопроса лежат еще в древнем библейском проклятии: «В поте лица своего будете добывать хлеб свой». А в конце  приходит к выводу, что «социальный вопрос не разрешим, разрешимы лишь социальные вопросы». Исходя из этой предпосылки, автор рассматривает проблемы бедности, социального неравенства, частной собственности, хозяйства как по существу вторичные. По его мнению, общественные отношения — это лишь формы и знаки человеческого несовершенства, в них есть принудительная необходимость, восстание против которой влечет за собой дальнейшее погрязание в грехе. Поэтому не на пути социальной революции (которая, как полагал Бердяев, невозможна), не под бременем всепоглощающей заботы о земном совершенстве должен искать человек ответы на вопрос о смысле и цели своего бытия. Конечный и изначальный выбор христианина — Царство Божие, и именно ему «должны уступить место и государство, и хозяйство, и культура, и весь мир».
Каждое «письмо» в краткой афористической форме раскрывает ту или иную актуальную тему. Взгляд автора на культуру нашего общества и сегодня ничуть не устарел: «в жизни общественной духовный примат принадлежит культуре. Не в политике и не в экономике, а в культуре осуществляются цели общества. И высоким качественным уровнем культуры измеряются ценность и качество общественности. Давно уже происходящая в мире демократическая революция не оправдывает себя высокой ценностью и высоким качеством той культуры, которую она несет с собой в мир. От демократизации культура повсюду понижается в своем качестве и в своей ценности. Она делается более дешевой, более доступной, более широко развитой, более полезной и комфортабельной, но и более плоской, пониженной в своем качестве, некрасивой, лишенной стиля. Культура переходит в цивилизацию».
«Благородство всякой истинной культуры определяется тем, что культура есть культ предков, почитание могил и памятников, связь сынов с отцами, — считает философ. — Культура основана на священном предании. И чем древнее культура, тем она значительнее и прекраснее. Культура всегда гордится древностью своего происхождения, неразрывной связью с великим прошлым. И на культуре почиет особого рода благодать священства. Культура, подобно Церкви, более всего дорожит своей преемственностью».
Одним из наиболее глубоких и блестящих по содержанию является двенадцатое письмо «О хозяйстве»: «Наша историческая эпоха окрашена в цвет экономизма. На всем лежит печать экономизма, экономизм придавил высшую жизнь. Никогда еще не сознавалось так значение хозяйства в человеческой жизни, никогда еще человек не ощущал такой зависимости от экономики, никогда еще не ставилась так высоко экономическая производительность и не превращалась в столь самодовлеющую цель. Не случайно в нашу эпоху была создана теория экономического материализма. Эта теория лишь отражала состояние европейского общества. Духовная жизнь человека попала в рабство к жизни материальной».
А суть своей книги автор выразил в послесловии: «На поверхности жизни разыгрывается борьба страстей и интересов, обнаруживает себя похоть к политическому преобладанию и устанавливаются внешние критерии и оценки». Но поистине более глубокие, более духовные критерии оценок должны занять преобладающее место и подчинить себе, оттеснить на второй план господствующие политические критерии оценок, должна быть в мире преодолена диктатура политики, от которой мир задыхается и исходит кровью. Поистине объединение должно происходить в мире по другому принципу, по другому критерию. Духовная жизнь должна вновь занять подобающее ей иерархически преобладающее место. Люди должны соединяться прежде всего по духовным, а не по политическим признакам и принципам». 
Даже процитированного вполне достаточно, чтобы заинтересовать почитателей мудрости прочитать книгу и сполна насладиться этой симфонией разума, взять что-то себе на заметку.
Сергей БОЙКО.

Комментарии

Для того, чтобы оставить комментарий, необходимо авторизоваться.

Ваша любимая зона отдыха в Майкопе?




Видеоновости