Понедельник . 17 Июнь . 2024

 

Как уже сообщали «МН», недавно в Майкопе медаль «За отвагу» получила партизанская разведчица Нюра Авакумова. Этой награды она была удостоена весной 1942 года. Уже много лет она — Анна Михайловна Тхагапсова, но только в ноябре 2015 года она увидела наградные документы, оформленные на нее легендарным Батей.
О военной юности Анна Михайловна до недавнего времени никому не рассказывала. Причиной стал плен, в который попала, возвращаясь с партизанского задания. Чудом выжив в фашистской неволе, она долгие десятилетия молчала о том, как ходила в разведку по заданию Никифора Коляды, известного партизанам Смоленщины под именем Батя.
К лету 42-го в его соединении было десять партизанских отрядов, свыше пяти тысяч бойцов. По сути он создал армию в тылу врага — осторожную, неуловимую, имеющую агентуру во многих населенных пунктах. Слава Бати была так велика, что в мае 1942 года в посольстве Великобритании в Москве ему вручили кортик, которым награждались только высшие военачальники, а в июне он был удостоен ордена Ленина.
Но и его не миновала горькая чаша страданий и унижений: в октябре того же 42-го по доносам завистников Никифор Коляда был арестован, обвинен в невыполнении боевого приказа и отправлен в ГУЛАГ. Двенадцать лет провел в лагерях, в 1954 году был полностью реабилитирован, но вскоре после освобождения умер от инфаркта.
Предательство пережила и Нюра Абакумова, которую сдала полицаям школьная подруга. Произошло это незадолго до ареста Бати. К этому времени в его партизанском отряде она находилась уже больше года.
— Когда началась война, мне 16 лет только исполнилось, — вспоминает Анна Михайловна. — С мамой и сестрой мы жили в селе Пречистом. Наш дом разбомбили в первые дни войны, и мы остались на улице, скитались по знакомым, а потом мама отправила меня к родственникам в другую деревню.
Смоленщина в это время уже была под немцами. До родни Нюра пыталась добраться лесными тропами. На одной из них ее остановили незнакомые люди. Оказалось, партизаны. Спросили, знает ли она немецкий язык. Нюра ответила, что хорошо знает, так как учительницей в школе у нее была настоящая немка. Бородачи обрадовались и позвали девчушку с собой. В сторожке лесника Нюра увидела пленного немца, которого партизаны смогли допросить с ее помощью.
Партизаны оставили девушку в отряде. Всего в нем было человек пятьдесят. Жили в лесу, в землянках, откуда бойцы ходили на задания: минировали дороги, взрывали немецкие эшелоны, устраивали переполох в комендатурах. А Нюра, получив свое задание, под видом побирушки проходила мимо немецких постов, бывала на железнодорожной станции — все запоминала, считала, прислушивалась, о чем говорят  охранники. Те и подумать не могли, что оборванка понимает их речь…
Вскоре ее перевели в партизанский штаб, который к тому времени возглавил присланный из Москвы Никифор Коляда. Он сразу обратил внимание на девушку, свободно говорящую на немецком, и стал привлекать ее к выполнению специальных заданий.
— Он относился ко мне, как к ребенку, — вспоминает Анна Михайловна. — Когда приходила с задания, в баню посылал, давал отоспаться, а потом уже начинал подробно расспрашивать обо всем, что видела. Я ведь по нескольку дней бродила по окрестностям, чтобы собрать нужные сведения. В отряд возвращалась голодная, замерзшая, и он это знал. Поем, отогреюсь, посплю немного, а уже тогда иду к командиру с докладом. Рассказываю обо всем, что видела и слышала, а он меня конфетками угощает, специально приготовленными к моему приходу. Сидит напротив — бородатый, глаза добрые, так и пронизывает всю тебя насквозь. «Ты, говорит, как дочка для меня. Смотрю на тебя и о ней вспоминаю». Ну, и я к нему относилась, как к отцу. Мой-то родной батя давно где-то сгинул, поэтому росла без отцовской ласки. Погладит Никифор Захарович по голове, а у меня слезы на глаза наворачиваются. Вот так же, по-отцовски, он и к другим партизанам относился, особенно молодым. Поэтому мы все Батей его называли. Переживал за каждого. «Берегите себя, ребята, у вас ведь вся жизнь впереди», — говорил. Меня однажды полицейский задержал, но я обманула его и убежала. Никифор Захарович так обрадовался, когда узнал об этом: «Молодец, Нюрочка, судьба тебя, наверное, хранит!».
А вскоре сообщил ей, что представил к награде…
В наградном листе, написанном и подписанном Никифором Колядой и хранившемся в архиве 73 года, перечислены задания, успешно выполненные комсомолкой Анной Авакумовой. Сообщается, что она установила численность гарнизона противника в селе Пречистое, куда трижды направлялась в разведку. Однажды при выполнении задания была задержана полицейскими, заподозрена в шпионаже в пользу Красной Армии, но сумела обмануть конвоиров и убежала от них.
«Доставленные разведчицей ценные сведения о противнике были тут же переданы в оперативный отдел», — написал в наградном листе командир. Дальше Батя перечисляет названия смоленских сел: Духовищино, Немощены, Старины, Болдино, Колистово, Вердино, Тетерино, Большое и Малое Береснево, Сороквашино, Кузьничино. И сообщает, что в этих населенных пунктах разведчица Авакумова «установила численность войск противника, их передвижение, расположение огневых точек и артиллерийских позиций. Кроме этого, тов. Авакумова ведет пропаганду среди населения об успехах Красной Армии, рассказывает, что немецкая армия несет поражения и отступает».
Действительно, благодаря партизанскому подполью противник нес в этот период ощутимые потери. В ответ партизанам была объявлена тотальная война, за связь с ними расстреливали целыми деревнями.
— Во время одного из заданий я попросилась на ночлег к своей однокласснице в селе Пречистом, — рассказывает Анна Михайловна. — Шурка пустила в дом, постелила — ложись, говорит. Я доверилась и уснула. А она тем временем ушла и вернулась с полицаями. Меня разбудили и сразу в комендатуру. Там — четыре немца: пугали, били сапогами, требовали признаться, что я партизанка. А я знай одно: «Какая партизанка? Мне 16 лет, я мамку свою ищу…». Бросили меня в подвал и до утра там продержали. А когда вывели, немец один увидел и говорит: «Как она на мою сестру похожа, просто одно лицо». Меня хотели в гестапо передать, а он распорядился, чтобы отправили в лагерь для военнопленных, и тем самым жизнь мне спас…
В лагере Нюра пробыла до конца зимы 1944 года. Немцы тогда бросили девушек на строительство укреплений, ей и еще троим удалось убежать. Шли, как им казалось, на восток, на звук уже близкой канонады — в надежде встретить наступающие части Красной Армии.
Так и случилось: изможденных, голодных, продрогших от холода, их нашли — считай, откопали из снега — в придорожном кювете.
— Как узнали, откуда мы, без долгих расспросов оправили в фильтрационный лагерь СМЕРШ — такой был порядок. Меня допрашивал капитан Кравчук. Я рассказала, что была партизанской разведчицей. Он проверил: все подтвердилось. Но тогда же посоветовал не рассказывать об этом больше никому. Думаю, он из-за ареста Коляды решил, что так для меня будет лучше. Сказал, что формируется поезд на север, по вербовке, и он, мол, меня туда записал. На прощанье еще раз предупредил: «Молчи, Нюра, о своем партизанском прошлом». Вот я и молчала больше 70 лет…
Поезд с переселенцами привез ее в далекий Печерский район, на станцию Кожла. Здесь ее приняли на работу в леспромхоз, где она познакомилась со своим будущим мужем Махмудом Тхагапсовым и взяла его фамилию. А история партизанки Нюры Авакумовой осталась только в ее памяти.
— Мама решилась мне рассказать, что была в партизанском отряде, сравнительно недавно, уже после распада СССР, — говорит сын Анны Михайловны, Владимир Махмудович Тхагапсов. — У нее ведь на Смоленщине не осталось никого из родственников, и она после войны ни разу не была там. Мать с младшей сестрой нашлись в Белоруссии, с ними она встречалась, но даже им не рассказала о том, что была в партизанском отряде.
Около 20 лет они прожили на Севере, а потом Махмуд вместе с любимой женой и двумя сыновьями вернулся в родную Адыгею, откуда уехал еще в юности. Анна Михайловна трудилась здесь много лет в торговле, откуда ушла на заслуженный отдых.
— Она мне только недавно рассказала, что была представлена к награде, — говорит Владимир Тхагапсов. — Тогда я решил написать письмо в Смоленский архив. Ответ мы получили в июне нынешнего года. Вот он.
Владимир Махмудович показывает архивную справку, в которой говорится: «Авакумова (так в документах) Анна Михайловна по учетным данным Западного штаба партизанского движения значится разведчицей партизанского соединения «Бати». Приказом по войскам Калининского фронта № 0389 от 7 октября 1942 года «от имени Президиума Верховного Совета Союза СССР за образцовое выполнение боевых заданий командования на фронте борьбы с немецкими захватчиками и проявленные при этом доблесть и мужество» награждена медалью «За отвагу».
На основании этой архивной справки и свидетельства о заключении брака, подтверждающего сведения об изменении фамилии, 28 июля нынешнего года военкомат города Майкопа выписал на имя Анны Михайловны Тхагапсовой удостоверение участника Великой Отечественной войны, а позже документы на юбилейную медаль в честь 70-летия Победы. Удостоверение и медаль передали сыну в военкомате, и он вручал их сам, прикрепив медаль к парадному пиджаку матери. Пока это единственная награда бывшей партизанской разведчицы.
Татьяна Павловская.
Фото Аркадия КИРНОСА.



Подписывайтесь на нас в соцсетях:

Комментарии

Для того, чтобы оставить комментарий, необходимо авторизоваться.

Видеоновости