Надежда Алексеевна Максимова родилась в Прокопьевске Кемеровской области в большой и дружной семье, в которой помимо нее было еще шестеро ребятишек. В этой ватаге Надюша была предпоследней. Она с детства мечтала о театре, но воспитанная в духе беспрекословного послушания старшим, чуть было не наступила на горло собственной песне. Хотя, кто знает, если бы не бросала ее судьба из крайности в крайность, даря бесценный жизненный опыт, может, и не получилось бы из нее настоящей актрисы.

К своей цели Надежда двигалась медленно, но верно.
— В пятом или в шестом классе я написала письмо в «Пионерскую правду» и рассказала, что мечтаю стать актрисой и хочу заранее подготовить себя к этой профессии, но не знаю, как это сделать. Письмо не было опубликовано, но неожиданно я получила ответ… от Алексея Баталова. Видимо, редакция передала мое послание знаменитому артисту, и он ответил мне лично. Тогда как раз на экраны вышел потрясающий фильм с его участием «Летят журавли». Я очень любила этот фильм, а Баталов был моим кумиром, поэтому можете себе представить, насколько я была счастлива. К сожалению, письмо не сохранилось, но я помню его смысл: если ты выбрала эту профессию, чтобы покрасоваться, то лучше откажись от своей мечты, потому что актерство — это великий труд, а если готова трудиться…
И актер дал девочке несколько советов. После чего Надежда записалась в драмкружок.
— А можно я про свою первую любовь расскажу? Мне было лет 14 или 15. В какой-то газете (то ли «Труд», то ли «Известия») была опубликована заметка про одного французского мальчика. Ее текст я выучила наизусть: «Алену 15 лет. Все французские школьники на каникулах, а Ален для того, чтобы продолжать учебу, вынужден на каникулах подрабатывать…». К заметке прилагалась фотография мальчика, очень похожего на Баталова. И я влюбилась! Я вырезала эту заметку, я с ним разговаривала и обещала, что вырасту большой, стану артисткой, обязательно приеду во Францию, найду его и помогу…
Детская любовь, конечно же, прошла. Но вот удивительный дар сопереживания, стремление помочь тому, кому сегодня трудно, и поныне ведут актрису по жизни.
После десятого класса Надежда отправилась поступать в Новосибирское театральное училище. Но поскольку не знала, что экзамены в учебные заведения такого рода проходят раньше, чем во все остальные, естественно, опоздала. Пожалев рыдающую девчушку, ее все-таки прослушал один из педагогов и посоветовал на следующий год вновь попытать счастья.
Впереди у нее был год, который нужно было чем-то занять.
— Поскольку моя старшая сестра была детским врачом, меня устроили на работу помощником зубного врача в школьном стоматологическом кабинете. Я очень боялась стоматологов, и потому этот год был для меня ужасным.
А потом, когда вновь настало время вступительных экзаменов, мама не отпустила меня в Новосибирск: «Ты уже попробовала и не поступила. И довольно». Теперь уже за дело взялась средняя сестра, работавшая товароведом горпромторга, и по ее настоянию я поступила в Прокопьевское торговое училище.
И вдруг осенью в областном театре имени Ленинского комсомола объявили набор в театральную студию. Но мама вновь сказала свое веское: «Нет. Будешь учиться в торговом». У нас дома вообще был матриархат. И я послушалась. Но в студию все же поступила, параллельно продолжая учиться. Причем, чтобы мне не запретили заниматься театром, училась я только на «отлично». Окончила и то, и другое одновременно и… вышла замуж за режиссера, который был и педагогом в нашей театральной студии. Ну, тут уж я, наконец, почувствовала себя взрослой, и, несмотря на то, что сестра уже пристроила меня на работу в магазин, бросила работу и перешла в театр.
— Получается, вы не бунтарь по натуре, раз не настояли на своем сразу?
— Бунтарь. Но только не в семье. А в школе я дралась с мальчишками, спорила с педагогами даже когда училась в ГИТИСе, всегда была дерзкой с руководителями.
Актерская жизнь — это не только смена образов, но и частая смена места жительства. Вместе с мужем, а потом и с сыном Максимова (фамилию Надежда Алексеевна после замужества не поменяла в знак уважения к воспитавшей ее семье) исколесила всю Сибирь, Урал и Дальний Восток. Но маленький Коля часто болел, и врачи порекомендовали ему климат Северного Кавказа. Так в 1978 году семья оказалась в Майкопе.
— Поначалу мне город не понравился, и я несколько раз порывалась отсюда уехать.
— А что удержало?
— Сама себе иногда задаю этот вопрос и не нахожу ответа. Но я фаталистка и с высшими силами не спорю.
Но однажды она все-таки уехала. И полгода проработала в одном из концертных залов Краснодара. Работа была, хорошая, перспективная, но… не для нее.
— Когда я это поняла, позвонила руководителю Камерного театра Ю.И. Сулейманову и спросила: «Если я захочу вернуться, вы когда меня сможете принять?» — «Через два часа», — последовал ответ. — «Почему через два?» — «Столько идет автобус от Краснодара до Майкопа». И за это я ему очень благодарна.
Но это было потом, а вначале был Русский драматический театр, в котором Надежда Максимова прослужила ровно 20 лет. За это время театр претерпел множество реорганизаций, и одна из них стала для Надежды Алексеевны решающей.
— Режиссера национального театра Юнуса Ибрагимовича Сулейманова, с которым мы были хорошо знакомы, назначили руководителем Камерного музыкального театра. Раз попросил заменить заболевшую актрису, другой… А когда остался без заместителя, предложил мне занять эту должность. Поначалу я отказалась: я ведь актриса, а все эти бумажные дела — не для меня. Но Юнус Ибрагимович сказал: «Ну, ты же хорошая актриса. Вот и сыграй роль зама, а я за это время найду кого-нибудь». И вот уже с 1998 года я эту роль и играю.
— Вжились?
— Ни в коем случае! Бюрократом я никогда не стану.
— А сколько ролей вам пришлось сыграть, и какая из них самая любимая?
— Сколько их — я не считала, но думаю, за сотню уже перевалило. А вот из любимых, пожалуй, роль Алены Владимировны из спектакля «Продайте мужа» в Камерном музыкальном театре. А в Русском театре — это роль царицы Анны (жены Ивана Грозного) в спектакле «Василиса Мелентьева» по пьесе Островского. Я обычно говорю про эту роль так: я 36 часов в своей жизни правила Россией. Тогда на сцене Русского театра блистали такие маститые актеры как Гарин, Кошелев…По ходу пьесы моя героиня была отравлена, и на поклон я выходила не в великолепном царском платье, а в исподней рубахе, а зал при это вставал и аплодировал! То, что я чувствовала при этом, и есть наивысшее счастье.
— Аленушка, Баба Яга, Бригадирша, царица Анна, Дуэнья… Вы такая разная на сцене, а каково ваше актерское амплуа?
— Этот ярлык приклеивается к актеру уже в театре. В ГИТИСе педагоги наоборот заставляли нас работать в разных жанрах. В театре же я начинала с амплуа инженю (наивная девочка или как еще говорят «голубая героиня»), благодаря невысокому росту и щуплому телосложению приходилось и мальчиков играть (амплуа травести), а потом «доросла» и до социальных героинь.
В Русском театре был такой режиссер Михаил Павлович Лотков, он поставил спектакль «Печка на колесе», где я играла старшую дочь героини (в исполнении Галины Гафт), а мой сын — младшую. (Поскольку у героини было четверо детей мал мала меньше — в постановке были заняты дети работников театра, это обычная практика). А параллельно ставили спектакль по пьесе Островского «Не было ни гроша, да вдруг алтын», где я играла уже роль возрастную, и та же Галина Михайловна уже была у меня «в невестках». Такова актерская жизнь — сегодня одно, а завтра другое.
— А вы любите перемены?
— Да. И очень сожалею, что мы перестали ездить на гастроли. Раньше театр по семь месяцев в году колесил по стране. Сегодня, когда мы дома начинаем играть «в города», я часто к названию города добавляю фразу: «А я в этом городе была!»
— Вы до сих пор играете в игры?
— Конечно! И не только «в города», но и в прятки, и в догонялки, и в «съедобное-не съедобное». Обожаю играть с внуками!
— А чего вы не любите?
— Гладить и окна мыть.
— А в людях?
— Неблагодарности и предательства, хотя, по-моему, это одно и то же. Самый тяжкий человеческий грех, на мой взгляд, это неблагодарность.
— И часто приходилось сталкиваться с ним?
— Чаще, чем хотелось бы.
— А вы злопамятный человек или всех прощаете?
— Одна моя знакомая сказала, что мне нужно было стать не актрисой, а адвокатом, потому что я всегда пытаюсь найти людям, поступившим со мной плохо, оправдание. Право на ошибку есть у каждого. Поэтому я прощаю, но… этот человек уже не в списке моих друзей.
— Кем стал выросший за кулисами сын актрисы и режиссера?
— Артистом не стал. Но я и не настаивала. Об одном только жалею, что он не стал музыкантом — у него абсолютный слух, и он окончил музыкальную школу, после чего положил скрипку передо мной на стол и сказал: «С творчеством покончено». Но на самом деле от творчества далеко не ушел. Коля работает телеоператором при футбольном клубе «Краснодар».
— Насколько я знаю, есть у вас по жизни и еще одна роль — руководителя народного театра в поселке Тульском.
— Да. И это тоже одна из закономерных, наверное, случайностей. Я начала работать с 19 лет и не помню, чтобы когда-то работала только в одном месте. Ну, а здесь пришлось попробовать сыграть роль режиссера.
— Трудно работать с непрофессиональными артистами?
— Мне нравится с ними работать. Вы даже не представляете, с каким восторгом они этим занимаются. Ко мне приходят люди, которые в 50-60 лет вдруг ощущают потребность в сцене. Приобщившись к искусству, человек начинает работать душой и иногда преображается настолько, что сам себя не узнает. Это ведь так прекрасно — заставить человеческую душу работать, просто работать. И тогда в мире будет меньше подлости, меньше преступлений, меньше слез…
Во имя этой великой миссии актриса Надежда Максимова изо дня в день на протяжении нескольких десятков лет и выходит на сцену. Так будет и 13 февраля, когда на сцене Камерного музыкального театра имени А.А. Ханаху пройдет творческий вечер, посвященный ее юбилею, и зрители вновь увидят свою любимую актрису в музыкальном спектакле по пьесе Ж. Брикера и М. Ласега «Не верь глазам своим».
Вера Корниенко.

 

Комментарии

Для того, чтобы оставить комментарий, необходимо авторизоваться.

Ваша любимая зона отдыха в Майкопе?




Видеоновости